Показать сообщение отдельно
  #7280  
Старый 26.12.2010, 22:14
krennit krennit вне форума
Корифей
 
Регистрация: 04.02.2009
Сообщений: 903
Сказал(а) спасибо: 244
Поблагодарили 235 раз(а) в 171 сообщениях
По умолчанию Продолжение о "Циркуляре..."

Цитата:
17. Издавая подзаконный акт о фактической отмене нормы общесоюзного закона, А.Вышинский и А.Винокуров существенно превысили свои должностные полномочия и противоправно присвоили себе властные функции легитимного законодателя – ЦИК СССР. Тем самым они совершили тяжкое преступление, предусмотренное статьями 110-абз.2 и 193-17-б Уголовного кодекса РСФСР 1926 г. Осторожные и изворотливые политики А.Вышинский и А.Винокуров (вдобавок, оба – опытнейшие юристы!), на такое преступление в реальности никогда бы не пошли!

18. Содержание п. 4 циркуляра № 1/001537-30/002517 от 20 апреля 1935 г., представленного ответчиком (о рассмотрении в судах «расстрельных» дел несовершеннолетних в общем порядке), противоречит положениям совместного циркуляра Прокурора СССР и Председателя Верховного суда СССР №1/08-04-35/18 от 8 апреля 1935 г. (предусматривавшего «особый порядок» рассмотрения всех дел несовершеннолетних – в специальных камерах нарсудов с выделением специальных судей, специальных защитников и т.д.).

19. Содержание представленного ответчиком подложного документа противоречит достоверно установленным фактам той эпохи, в частности, отсутствию фактов применения в судебном порядке исключительной меры наказания (расстрела) в отношении несовершеннолетних в 1935-41 и 1945-53 гг.

Решение Политбюро ЦК ВКП(б) от 20 апреля 1935 г. № П24/143 неразрывно связано своим смысловым содержанием с циркуляром № 1/001537-30/002517. Таким образом, признаки подложности циркуляра № 1/001537-30/002517 одновременно являются признаками подложности решения № П24/143, и наоборот.

Специалист по подделкам исторических документов В.П.Козлов утверждает, что 7 признаков подделки с головой выдают подложный документ. Уважаемый суд, у нас 18 признаков подделки представленных ответчиком доказательств!

В связи с этим, а также руководствуясь статьей 186 ГПК РФ, просим суд предложить ответчикам представить суду другие доказательства того, что И.В.Сталиным был подписан Указ, разрешающий расстреливать 12-летних детей как «врагов народа»».

В частности я обратил внимание суда на следующее обстоятельство, которое можно считать 20-м признаком подложности.

29 марта Вышинский просит Законодателя СССР провести изменения в уголовном законодательстве по отношению к несовершеннолетним в относительно мягкой форме, скажем, он считал, что «взрослое» наказание для несовершеннолетних необходимым только за систематические кражи и не во всех случаях, а только по усмотрению суда. И в течении девяти дней до принятия Постановления, у Вышинского не возникает никакого желания ужесточить это свое предложение, наоборот, это ЦИК и СНК сами снимают мягкость, предложенную Вышинским, убрав в тексте Постановления слова о систематических кражах и об усмотрение суда, и добавив к кражам еще ряд преступлений.

И вдруг через два дня после публикации им же запрошенного Постановления, Вышинский посылает в Политбюро предложение с невнятным соединением несовершеннолетних и расстрела, то есть, по логике совершенно противоположное тому своему мягкому предложению, которое только что ужесточил Законодатель. При этом, начинает проект своей директивы словами: «Виду поступающих запросов в связи с постановлением ЦИК и СНК от 07.04. с.г.». А какие 10 апреля могли поступить Вышинскому в Москву запросы по сути Постановления, опубликованного лишь 8 апреля – всего два дня назад? Ведь это постановление при тогдашних средствах связи еще не было прочитано правоохранительными органами СССР, и поэтому никто ничего у Вышинского и Верховного суда просто не мог запросить!

Скорее всего, увидев, что Постановление на самом дел жестче, чем он предлагал, Вышинский в подлинном письме в Политбюро, изъятом фальсификаторами из архива, просил Политбюро разрешения как-то смягчить его своими разъяснениями. Всего через два дня после опубликования Постановления, когда реакция на него прокуроров и судей на местах еще не могла быть известна, ничего другого Вышинский просить у Политбюро, да еще и от имени судебно-прокурорских органов всего СССР, просто не мог.

Кроме этого, необходимо добавить примечательный момент к отмеченной Стрыгиным туманности формулировки и отсутствию логики «письма Вышинского». Текст письма выглядит так, как будто ряд статей Уголовного кодекса уже изменены. Утверждение Вышинского: «К числу мер уголовного наказания, предусмотренных ст.1 указанного постановления, относится также и высшая мера уголовного наказания (расстрел)», - означает, что для ограниченного перечня преступлений - кража, изнасилование, нанесение телесных повреждений и убийства, указанных в Постановлении от 7 апреля, - уже введена высшая мера социальной защиты – расстрел! Но ведь на самом деле этого не было!
И там есть ещё несколько абзацев с аргументами по поводу поддельности этого "Циркуляра..." и о позиции судьи по этому поводу.
Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо: