Тема: Выборы
Показать сообщение отдельно
  #2  
Старый 21.10.2009, 13:52
Аватар для Виктор К
Виктор К Виктор К вне форума
Лучший участник форума - 2008
 
Регистрация: 02.09.2008
Адрес: Санкт-Петербург
Сообщений: 2,676
Сказал(а) спасибо: 1,231
Поблагодарили 783 раз(а) в 547 сообщениях
По умолчанию

ЭТО БУДЕТ СВИНСТВО

Стационарные урны на нашем участке были неизящной и бестолковой конструкции: белые пластмассовые ящики со съемным верхом. И съемным низом, как выяснится потом. Такие прислали из горизбиркома. Председатель снял с урн крышки и показал пустое нутро ящиков. Верхушки опечатали. Надежда Александровна раздала карамельки. Мы съели их за успех избирательного процесса и открыли участок.

Люди с открепительными пошли сразу. Первой проголосовала представитель КПРФ Валентина Игнатьевна. Сразу видно - старой закалки человек, одобрила Надежда Александровна и выдала ей бюллетень. Потом пришла группа товарищей из незапоминающейся МосВодоОрганизации по соседству. Миловидная женщина вынула из сумки пачку открепительных и раздала коллегам. Они быстро проголосовали и ушли той же группой, что и пришли. Мы со смены, объяснила миловидная женщина.

Стол нам с Надеждой Александровной достался маленький. Не стол, а школьная парта. Две ведомости выдачи бюллетеней, пачка чистых бюллетеней и пакет для сданных нам открепительных на нем не помещались. Бюллетени настойчиво сползали на пол. Тогда мы внесли в комиссию рацпредложение и разделили бюллетени, 100 розовых, со списком партий, и 100 голубых, с одномандатниками, пополам. Одну пачку положили на стол, другую - в ящик парты. Это была наша ошибка. Зато стало удобно.

Наконец начали приходить голосовать местные жители - по паспортам. Пошли бодрые пары пенсионеров в беретах. Утренняя явка обещала быть хорошей. О ней надо было отчитываться каждые два часа.

Когда первый поток схлынул, мы отправили в поход переносную урну. Заявления на голосование на дому написали 34 человека. То есть написали соцработники - от имени подопечных, в основном 1923 года рождения. Урну взяли громкая Люда и флегматичная Вика. Они зазывали с собой наблюдателя от КПРФ. Он нехотя отложил доклад Немцова и ушел с ними в холод.

Их не было три часа. Они выдали бюллетени 11 избирателям. От одного дедушки они волеизъявления не добились. Он был в полубессознательном состоянии.

К обеду поток голосующих по открепительным сильно обмелел. Теперь шли не группы, а военные с женами и детьми. Проголосовав, они звонили куда-то по мобильному, говорили: мы проголосовали - и отключались.

Во второй раз ходить с урной отправили меня и Надежду Александровну. Уходить не хотелось, но первая пара ходивших замерзла, а больше отправить было некого. Старый товарищ Валентина Игнатьевна призыву явно не подлежала. Я поискала замерзшего наблюдателя от КПРФ, чтобы попросить его приглядеть за урнами. Но замерзший наблюдатель пропал.

И мы взяли список из 20 адресов, урну, наблюдателя от ЛДПР Игоря и пошли. В нашем списке были дамы преимущественно 1923 года рождения. Они открывали нам дверь с вопросом, почему мы пришли так поздно (шел третий час) - «девочки из собеса уже обзвонились». Старушки брали у нас бюллетени и спрашивали, глядя в список одномандатников: кто эти люди? Среди кандидатов была действующий депутат Мосгордумы от этого округа, член политсовета «Единой России» в центральном округе Москвы Инна Святенко. Она баллотировалась в депутаты уже в третий раз.

В одной квартире нам не открыли. Там в комнате в коммуналке лежала парализованная женщина. Ее соседи нас видели и слышали. Но открывать не стали.

Нашим последним адресом был дом рядом со школой, где шло голосование. У домофона мы встретили соседку избирательницы, которая была нам нужна. Узнав, что мы из избиркома, соседка поморщилась.
- Сейчас вы получите голос за «ЕдРо», им так сказали голосовать, - сказала она. - Это будет свинство.
- Почему свинство, спросили мы.
- Потому что мы эту «Единую Россию» в глаза не видели, - резко сказала соседка. - А вот когда у нас во дворе все деревья хотели срубить, только Митрохин (лидер «Яблока». - Newsweek) их и отстоял. Так что голосовать за «ЕдРо» в нашем доме - это свинство. Удачи.

В выездной урне потом обнаружился один бюллетень за «Яблоко».

Мы вернулись в школу. У выездной части комиссии осталось четыре непроголосовавших заявления. Из ТИК позвонили и сказали добиваться этих голосов. И урна с Людой и Викой пошла в поход в третий раз. Они вернулись с победой. Проголосовали даже бессознательный дедушка и парализованная бабушка.

Сопровождавший нас наблюдатель от ЛДПР ушел в комнату отдыха греться коньяком. Там уже во второй раз смотрели фильм «Апокалипсис». Согревшись, наблюдатель от ЛДПР сыграл в настольный теннис с наблюдателем от КПРФ. Как сказал потом Игорь, он обыграл коммуниста «как ребенка».

За минуту до конца в зал вбежала женщина. Она попросила бюллетень, но не нашла в сумке паспорта. «Тогда, - попросила женщина, - отметьте, пожалуйста, что я пришла. Мне для отчетности надо». Когда она ушла не проголосовав, дверь комиссии закрылась.


РАБОТАЕМ, ДЕВОЧКИ, РАБОТАЕМ

Сначала мы сдали неиспользованные бюллетени. Надежда Александровна расписалась в ведомости у секретаря, и их сложили в общую кучу. БюллетнИ, как ласково называли их мои коллеги, пересчитали и стали отрезать у них край - гасить. Эту и все прочие цифры полагалось сразу записывать на огромную бумажную простыню - протокол увеличенной формы. Он документом не считается и в конце работы комиссии выбрасывается, но когда он висит на стене, цифры видны всем. Я собиралась взять его на память.
- Где же наша простыня? - спросила я.
- Потом повесим, - сказала мне секретарь Аня. - Сначала посчитаем, потом напишем. А то если что не сойдется - мы же с ума сойдем.
- В законе написано - надо сразу писать, - сказала я. Но Аня уже убежала к телефону передавать в ТИК итоговую явку. Получалась почти «красивая» цифра - 774. Это больше 50%. Это была хорошая явка.
- Потом напишем простыню, - ответили мне комиссионные дамы хором. - Так удобнее!

Мы сдвинули столы и стали открывать урны. Поскольку большой протокол на стенку не повесили, я стала записывать цифры на обычной бумажке. Наблюдатели от ЛДПР уже ушли, и когда председатель Рустем и Андрей от КПРФ взялись за первую урну, дно, похожее на пластмассовый тазик, отвалилось. Вторую урну они брали уже не за края, а снизу.

Мужчины «вылили» бюллетени на стол. Мы стали разбирать их на голубые и розовые. Когда мы разобрали верхний слой, на виду оказались две ровные толстые пачки бюллетеней. Они лежали ровнехонько, голубая и розовая пачки толщиной сантиметра в полтора-два каждая.
Они не могли лечь так, если их бросали в урну по одному.
На них никто даже не посмотрел.

- Уважаемые члены комиссии, уважаемый председатель, сказала я и ткнула указательными пальцами в пачки. Обращаю ваше внимание, что у нас на столе лежат две ровные толстые пачки бюллетеней, вот они!
- Какие пачки? - сказала моя соседка.
- Я ничего не вижу, - сказал председатель.
- Работаем, девочки, работаем, - сказала моя соседка.
У меня оставался один потенциальный свидетель. «Вы видите пачки?» - спросила я у Андрея из КПРФ. Он посмотрел на пачки и ничего не сказал.

Тогда я взяла эти пачки и положила перед собой. Мои коллеги, отложив розовые бюллетени, уже раскладывали голубые на пять кучек по именам кандидатов. Вся отловленная мной голубая пачка отправилась в кучку Инны Святенко, один бюллетень за другим. Их было 50.

Кучка Святенко оказалась самой большой. Я переписала цифры на бумажку, и мы стали их складывать в столбик, чтобы понять, сколько голубых бюллетеней оказалось в урне. Оказалось, недостает 61 бюллетеня. То есть получается, их унесли домой проголосовавшие.
- Боже мой, - сказала секретарь Аня, - они не могли столько унести! Вот это то самое «если что»!

И тут мы с Надеждой Александровной вспомнили про пачку голубых бюллетеней, которую мы положили в ящик парты. Чтобы они не упали на пол. Рассерженная Аня схватила нашу пачку и закричала: «Меня почти хватил инфаркт! Слава богу, они нашлись!» И побежала звонить в ТИК с исправленными цифрами.

Мы вернулись раскладывать по партийным кучкам розовые бюллетени. Я спросила у наблюдателя от КПРФ, подпишется ли он под моей жалобой на две пачки бюллетеней. Он сказал, что лично он ничего не видел, нарушений не наблюдал, подписываться не будет.

Я вернулась к столу. Мы стали раскладывать по партиям розовые бюллетени. Я взяла ровную пачку и опять переложила ее всю, один бюллетень за другим, в одну кучку - «Единой России». Их было 50. Галочки были одинаковые.

Я записала партийный расклад на свою бумажку. Коммунистическому наблюдателю было на что закрыть глаза. «Единая Россия» получала у нас на участке 449 голосов, КПРФ - 163, ЛДПР - 61, «Яблоко» - 52, «Справедливая» - 32, «Патриоты» - 4. 13 бюллетеней были испорчены. На двух было написано «это не выборы», на одном «верните выборы», на одном «мне никто не нравится», два были перечеркнуты, в остальных крестики стояли во всех клеточках. Итого «Единая Россия» набирала на нашем участке около 59%, на втором месте шла компартия с 21%, ЛДПР преодолевала 7% барьер, немного не дотягивало до него «Яблоко».

В самом деле, наблюдатель от КПРФ мог быть доволен. Я вздохнула и написала на бумаге: «В территориальную избирательную комиссию Красносельского района. Жалоба».
__________________
Русские своих не бросают.
Ответить с цитированием